UNBELIEVABLE.SU
Приведения/полтергейст

Войны

Загадочные и интересные места/открытия

Загадки прошлого

Сокровища и пираты

Загадки животного мира

Личности/народы

Катастрофы

Праздники и обычаи

Религия/Вера

Высокие технологии

НЛО/пришельцы

Загадки космоса

Истина

загрузка...

Реклама:
Поделиться с друзьями:

Пильдаунский человек. Научная мистификация Даунсона.

Пильдаунский человек. Научная мистификация Даунсона.Если верить натурфилософу Древнего Рима Плинию Старшему, то первое «научное» мошенничество было совершено уже в, 40-х годах нашей эры. Произошло оно в правление императора Клавдия. Этому диктатору, который был почитателем греческого искусства, кто-то внушил мысль о том, что сказочные кентавры из мифов действительно живут где-то в Аравии. Не долго думая, Клавдий приказал отрядить туда экспедицию для поимки кентавра и доставки его к императорскому двору.
Почти три года искала экспедиция кентавров в Аравии и, в конце концов, привезла любопытный образец. Как доложили императору, по дороге в Рим кентавр погиб, поэтому его доставили в законсервированном виде — в огромном сосуде, наполненном медом. Плавающим в густой жидкости «чудом природы» римляне любовались и восхищались несколько десятилетий после смерти Клавдия, и лишь после падения Римской империи выяснилась правда о дерзкой мистификации. Опасаясь императорского гнева, участники экспедиции, не обнаружив в пустынях Аравии кентавров, решили создать его сами. С этой целью они искусно соединили нижнюю часть жеребца с верхней половиной туловища какого-то арабского пленника — и кентавр был готов!

Если мотивы, толкнувшие участников императорской экспедиции на подлог, по-человечески вполне объяснимы, то в истории с «пильдаунским человеком» — одной из самых дерзких мистификаций в истории науки — эти мотивы не столь ясны. Историки науки до сих пор ведут о них дискуссии.
Главное действующее лицо этой сенсационной истории — Чарльз Даунсон, любитель древности, антрополог и историк, получивший юридическое образование. Все свободное время он посвящал археологии, много путешествовал.
Однажды ему повезло — при исследовании одной прибрежной пещеры он открыл богатое месторождение природного газа. Оно принесло ему популярность и солидные финансовые средства.
Постепенно Даунсон проникает в круги научной элиты Англии. Он становится ведущей фигурой в Национальном союзе британских археологов-любителей, близким другом Даунсона стал директор геологического отделения Британского национального музея в Лондоне — сэр Смит Вудворд.
Далее события развивались следующим образом: 18 декабря 1912 года на заседании геологического общества, где специально собрались крупнейшие антропологи, археологи и геологи Англии, Вудворд и Даунсон заявили о сенсационной находке — об открытии «недостающего звена» в эволюционном процессе превращения обезьяны в человека.
Собравшимся ученым Вудворд и Даунсон продемонстрировали найденные останки: череп, который был уже, по существу, человеческим, а челюсть обнаруживала поразительное сходство с челюстью человекообразной обезьяны. Фактически вполне человеческая мозговая коробка была соединена с обезьяньим аппаратом, что вызывало некоторое смущение у серьезных ученых. Пусть этот «первый англичанин, - как назвал его Смит Вудворд, - питался как обезьяна, но он уже мыслил как человек». Однако скептики робко говорили, что, возможно, это останки двух различных существ. Но на такие голоса мало кто обращал внимания, пресса безудержно раздувала сенсацию. Вскоре в деревеньку Пильдаун (на юге Англии) начинают приезжать люди со всех концов империи и пытаются сами производить раскопки в песчаном карьере, где Даунсону «посчастливилось» найти «недостающее звено». Вскоре Королевское научное общество позаботилось о том, чтобы вся область в окрестности пильдаунского карьера стала государственным заповедником.
Кипели дела и в реставрационной мастерской Британского музея, так как более трехсот музеев мира хотели приобрести гипсовые слепки пильдаунского человека. Более того, историки требовали, чтобы сведения об эпохальной пильдаунской находке были включены в учебные программы.
Сенсация, связанная с пильдаунским человеком, имела под собой определенные основания, так как требовала пересмотра всей теории антропогенеза: приходилось принимать совершенно невероятное положение, из которого следовало, что предшественники гомосапиенса в эпоху питекантропа разделились на две ветви. Первая представлена питекантропом и другая — пильдаунским человеком.
Скептические голоса не умолкали, так как неясной оставалась генеалогическая древность пильдаунских костей, найденных в карьере, а не на месте их залегания, кроме того, не поддавался объяснению характер сопровождающей их фауны. Но голоса скептиков стали звучать тише, когда в 1917 году появилась статья Вудворда о новой пильдаунской находке, в которой говорилось, что Даунсон незадолго до своей смерти в двух милях от первой находки в куче камней нашел два куска черепа и коренной зуб. Эта находка, по мнению Вудворда, должна была выбить аргументы у тех скептиков, которые считали, будто останки человека и обезьяны случайно оказались вместе.
Черепа предков человека. Черепа сапиенсов. Черепа обезьяноподобных людей.
Черепа австралопитека, яванского обезьяночеловека, неандертальца и современного человека, сравнение которых и выявило научное сомнение в достоверности пильдаунской находки.

Но вернемся к личности Даунсона, который умер в 1916 году, полузабытый своими поклонниками. Английская научная общественность поспешила забыть о Даунсоне не потому, что на континенте бушевала первая мировая война, а потому, что еще перед его смертью стали раздаваться голоса, что антрополог-любитель — ловкий мошенник. Дотошные историки обнаружили, что одна из исторических работ Даунсона является грубым плагиатом.
После смерти Даунсона его дом посетили полицейские, которые были удивлены наличием большого числа скелетов и костей, а также тем, что там была прекрасно оборудованная химическая лаборатория. Так как полицейские не могли разобраться во всем этом, они пригласили в дом нескольких специалистов. Среди них был антрополог и палеонтолог Кеннет Оаклей.
Этот ученый стал одним из первых, кто вслух высказал свое сомнение в подлинности пильдаунского человека. На это у него были веские причины, так как он обнаружил в доме Даунсона несколько скелетов шимпанзе и орангутангов нижние челюсти которых отсутствовали. Кроме того, стало известно, что Даунсон проводил эксперименты по обработке костей различными химикатами. Более того, Оаклей обнаружил череп, собранный из костей, кажущихся на первый взгляд ископаемыми, однако на самом деле полученных путем химической обработки, придавшей костям красноватый оттенок. Возможно, этот череп предназначался для третьей пильдаунской находки, но смерть авантюриста спасла доверчивых ученых от новых споров и «исследований». Кстати сказать, о пильдаунском человеке было опубликовано более 150 работ только в научных журналах, не говоря уже о популярных изданиях.
Доктор Оаклей не спешил с разоблачением Даунсона. На это у него было много причин, и в частности — престиж английской науки, интересы своих коллег и многие другие обстоятельства, о которых вряд ли мы когда-либо точно узнаем. По-видимому, в душе Оаклея шла мучительная внутренняя борьба. Лишь в 1953 году он предлагает исследовать «находки» Даунсона новейшими техническими средствами, так как к этому времени были предложены методы определения возраста костей по содержанию фтора. Анализ находок Даунсона показал, что в черепе содержание фтора составляло 0,1%, а в челюсти 0,03%.
В конце ноября 1953 года началась новая пильдаунская сенсация. Английские газеты пестрели заголовками: «Величайшая мистификация в истории науки». Газета английских коммунистов «Дейли Уоркер» в ноябре 1953 года писала: «Загадка была решена учеными из Оксфорда и Британского музея. Пользуясь новыми техническими средствами, они нашли, что черепная коробка действительно принадлежит первобытному человеку, древностью около 50 000 лет. Но нижняя челюсть от современного шимпанзе, которая сознательно подделана, чтобы быть похожей на ископаемую».
В заключение этой пильдаунской аферы нужно сказать несколько слов о позиции советских антропологов. Так, видный советский антрополог, профессор В. К. Никольский, в 1931 году писал: «В Пильдауне вовсе не открыли эоантропа — нового вида ископаемых людей. Эоантроп оказался существом, искусственно составленным». То же самое в 1953 году говорил академик АН УССР П. П. Ефименко: «Пресловутая, столь нашумевшая пильдаунская находка не должна приниматься во внимание при разрешении проблем происхождения человека».
Теперь несколько слов о мотивах, которые двигали Даунсоном. Ведь эта мистификация требовала глубоких профессиональных знаний. Не случайно советский антрополог М. А. Гремяченский заметил: «Подделка была такой ловкой и выполнение обмана настолько бессовестным и необъяснимым, что не имеет параллели в истории науки».
Скорее всего Даунсон жаждал славы, которую он действительно получил при жизни. Свою же совесть он мог успокаивать тем, что его находки способствуют подтверждению дарвинской теории происхождения человека.
Возможно (но маловероятно), что он просто хотел подшутить над своими коллегами, но зашел слишком далеко. Возможно, что в личности Даунсона причудливо переплелись: характер авантюриста, фантазия психически больного человека и ученый, наделенный незаурядными способностями, которые он направил во вред науке.
Пильдаунский человек.
«Палеонтологи и анатомы, рассматривающие фальшивку» — так можно назвать картину, написанную в 1915 году в честь пильдаунской находки. Есть предположение, что автор подделки тоже изображен здесь.

На этом можно было бы и поставить точку, но в последние годы появились работы, в которых даются другие версии пильдаунской афере. Так профессора Дж. Вилсон и А. Майер издали в 1984 году книгу «Пильдаунский хаос», в которой доказывают, что знаменитый английский писатель Конан Дойл имел непосредственное отношение к пильдаунской афере. К. Дойл, создатель образа знаменитого Шерлока Холмса, был знатоком анатомии, химии и интересовался антропологией, собирал вымерших животных, любил розыгрыши, приключения и был пионером современной криминалистики. Но что самое интересное — он враждебно относился к истеблишменту британской науки. Еще до пильдаунской находки Дойл неоднократно встречался с Даунсоном. Так что инициатором всей аферы мог быть Конан Дойл, в произведении которого «Затерянный мир», написанного за два года до пильдаунской находки, описывается фиктивное место на юго-востоке Англии, которое включает в себя и деревню Пильдаун, населенную динозаврами, мамонтами и человекообразными обезьянами.
В конце 80-х годов американский биолог С. Спенсер, кажется, поставил последнюю точку над «i» в этом хаосе. Он однозначно доказал, что грандиозная мистификация явилась результатом заговора между А. Кейтом — одним из наиболее выдающихся антропологов начала XX века — и Ч. Даунсоном. К этим выводам Спенсер пришел на основе анализа архивов и дневников Кейта, из которых можно было установить, что многие специфические детали и факты, связанные с пильдаунской находкой, он уже знал до того, как пильдаунский человек был найден.
Более того, как установил Спенсер, Кент при первой реконструкции ископаемого черепа внес изменения с тем, чтобы сделать его более похожим на череп современного человека.
Научный авторитет Кейта был столь велик, что в 1938 году на месте находки для привлечения туристов был сооружен памятник, который и доверили открыть Кейту.

Автор – Юрий Орфеев

Поделиться с друзьями:
загрузка...


Комментарии:
Нет комментариев :( Вы можете стать первым!
Правила: В комментариях запрещено использовать фразу 'http', из-за большого кол-ва спама
Добавить комментарий:
Имя или e-mail


загрузка...
Последние статьи:

Реклама:
загрузка...
Контакты администрации сайта :